Бомбер из старой обивки от автомобильного сиденья, пуховик из походной палатки и бикини из мотогоночного рюкзака — это не концепты и не фантазии, а реальные вещи, которые создает дизайнер Анастасия Селиванова под брендом Ana Selivanova.
Ее апсайкл-изделия носят мировые артисты — от Дрейка до Эрики Баду — а сама она работает на стыке моды, спорта и музыки, собирая из вещей с прошлым новую систему ценностей. Мы поговорили с Анастасией о том, как превратить хобби в бизнес, в чем сила социальных сетей, где проходит грань между коммерческим успехом и творческим экспериментом и почему работать в одном стиле иногда и есть самый верный путь к свободе в творчестве.
Ее апсайкл-изделия носят мировые артисты — от Дрейка до Эрики Баду — а сама она работает на стыке моды, спорта и музыки, собирая из вещей с прошлым новую систему ценностей. Мы поговорили с Анастасией о том, как превратить хобби в бизнес, в чем сила социальных сетей, где проходит грань между коммерческим успехом и творческим экспериментом и почему работать в одном стиле иногда и есть самый верный путь к свободе в творчестве.
Апсайклинг как точка сборки
Как и когда ты начала заниматься шитьем? Это семейная история или собственное желание?
В моей семье никто не связан ни с модой, ни с шитьем. Мне просто всегда нравилось все, что связано с творчеством: рисовать, делать что-то руками, придумывать. Самый большой кайф был приносить домой готовую работу — картину, гобелен или даже вазу — и видеть, как идея становится вещью.
Способности к рисованию и рукоделию проявились довольно рано, поэтому мама отвела меня в художественную школу. После нее я начала пробовать фэшн-иллюстрацию, выкладывала работы в Instagram*, и постепенно появилась мысль о дизайне одежды. Основательно шить я начала уже в университете, который окончила по специальности дизайнера женской одежды. Именно там сложилось понимание всего процесса — от идеи до готового изделия.
Способности к рисованию и рукоделию проявились довольно рано, поэтому мама отвела меня в художественную школу. После нее я начала пробовать фэшн-иллюстрацию, выкладывала работы в Instagram*, и постепенно появилась мысль о дизайне одежды. Основательно шить я начала уже в университете, который окончила по специальности дизайнера женской одежды. Именно там сложилось понимание всего процесса — от идеи до готового изделия.
Я люблю вспоминать одну историю из детства. В детском саду нам дали задание нарисовать себя и подписать, кем ты будешь, когда вырастешь. Я корявыми буквами написала, что буду дизайнером и «буду там работать». Откуда я вообще взяла слово «дизайнер» и где находится это «там», я не знаю, но, кажется, пути назад уже не было.
Урал для тебя — это малая родина. Ты родилась и жила в Екатеринбурге? Как это место отражается в твоем творчестве?
Я родилась и жила до окончания школы в Екатеринбурге. Детство было очень насыщенным: школа, занятия, спорт — родители привили любовь к движению и постоянному развитию.
Я не думаю, что география напрямую определяет креатора, но именно там во мне сформировались качества, которые я считаю важными: трудолюбие, целеустремленность и открытость к новому. Во многом — благодаря людям, которые были рядом.
Я не думаю, что география напрямую определяет креатора, но именно там во мне сформировались качества, которые я считаю важными: трудолюбие, целеустремленность и открытость к новому. Во многом — благодаря людям, которые были рядом.
Почему сделала упор на апсайклинг?
Мне нравилась работа дизайнера, но внутри всегда жила мысль о собственном проекте — связанном со спортом и музыкой. В тот момент в медиа все чаще говорили об устойчивости в моде — одной из самых загрязняющих индустрий, и меня зацепил апсайкл.
Это был идеальный формат эксперимента «здесь и сейчас»: минимизация отходов плюс возможность сделать что-то круче, чем ты видела раньше, буквально у себя дома. В перерыве между работой я взяла старую спортивную форму и подумала, как превратить ее во что-то для вечеринки, а не тренировки. Потом нашла теннисную сумку из детства, с которой ездила на соревнования, и решила, что ее время ушло.
Это был идеальный формат эксперимента «здесь и сейчас»: минимизация отходов плюс возможность сделать что-то круче, чем ты видела раньше, буквально у себя дома. В перерыве между работой я взяла старую спортивную форму и подумала, как превратить ее во что-то для вечеринки, а не тренировки. Потом нашла теннисную сумку из детства, с которой ездила на соревнования, и решила, что ее время ушло.
Я использовала лекала из университета, сшила куртку, сфотографировала и выложила в Instagram*. Интерес быстро вышел за круг друзей: люди писали «где купить?» и «сколько стоит?». Тогда я поняла, что это можно развивать — показывать, как вещи, потерявшие ценность, получают вторую жизнь.
Для меня апсайклинг — это философия. Доказательство того, что даже в fast-fashion мире можно замедлиться и создать уникальное из того, что принято считать «мусором».
Кажется, что апсайклинг — новый черный. Ты с этим согласна? Почему он стал так популярен и что ждет это направление дальше?
Я не думаю, что апсайклинг уже можно назвать «новым черным». У него слишком много ограничений, чтобы конкурировать с массовым производством и масштабированием.
При этом направление точно будет развиваться. Думаю, крупные компании будут все чаще сотрудничать с небольшими брендами и креаторами — не ради «еще одной вещи», а ради идеи, образа и ценности уникальности. Апсайклинг здесь скорее про смысл и подход, чем про объемы.
При этом направление точно будет развиваться. Думаю, крупные компании будут все чаще сотрудничать с небольшими брендами и креаторами — не ради «еще одной вещи», а ради идеи, образа и ценности уникальности. Апсайклинг здесь скорее про смысл и подход, чем про объемы.
Процесс и материалы
Как рождаются идеи? Ты идешь от задумки и ищешь под нее материал или случайная находка сама подсказывает, во что она может превратиться?
И так, и так. Иногда я иду от конкретного брифа, иногда все начинается со случайной находки.
Большинство идей приходит из повседневности — из того, что я вижу, слышу, читаю, с кем общаюсь и за кем слежу онлайн. Часто задумки возникают прямо по ходу, и главная задача — вовремя их зафиксировать, чтобы потом вернуть в нужный контекст и доработать.
Большинство идей приходит из повседневности — из того, что я вижу, слышу, читаю, с кем общаюсь и за кем слежу онлайн. Часто задумки возникают прямо по ходу, и главная задача — вовремя их зафиксировать, чтобы потом вернуть в нужный контекст и доработать.
Из чего ты создаешь свои вещи? Где берешь материалы?
Для апсайкл-проектов материалом может стать что угодно. Старая обивка от автомобильного сиденья превращается в бомбер, походная палатка — в пуховик. В процессе работы с палатками я даже разработала собственную технику, которую потом начала использовать уже в постоянной ready-to-wear линейке.
Мотогоночный рюкзак может стать курткой, шортами и даже бикини — здесь все зависит от формы исходного материала и фантазии. Что-то находит меня само, что-то я ищу онлайн и буквально везде, где это можно достать.
Мотогоночный рюкзак может стать курткой, шортами и даже бикини — здесь все зависит от формы исходного материала и фантазии. Что-то находит меня само, что-то я ищу онлайн и буквально везде, где это можно достать.
Как не стать заложником собственного стиля и продолжать креативить, не повторяя себя?
Я не думаю, что продолжать креативить — это каждый раз делать что-то полностью противоположное тому, что ты делал раньше.
Наоборот, многим сложно найти свой стиль, и если формула работает, востребована и приносит удовольствие, логичнее развивать ее дальше — усложнять, углублять, а не обнуляться и начинать с нуля.
После таких сотрудничеств появляется еще больше энергии
Кто твой клиент? Как он носит твою одежду — в повседневной жизни или для особых случаев?
Несмотря на то что продукт нишевый, эту нишу сложно описать четко. Я вижу отклик у очень разной, но в целом прогрессивной и творческой публики: разный возраст, разные страны, разный стиль жизни.
Мне кажется, это связано с тем, что моя работа строится на миксе и сопоставлении культурных элементов, иногда очень контрастных. Разных людей цепляют разные точки входа.
Мне кажется, это связано с тем, что моя работа строится на миксе и сопоставлении культурных элементов, иногда очень контрастных. Разных людей цепляют разные точки входа.
Твои вещи носили мировые звезды, среди которых Дрейк и Эрика Баду. Что ты чувствовала, когда получила первые сообщения от команд артистов? Это как-то изменило твое внутреннее ощущение себя как дизайнера?
Это очень мотивирующие истории про силу социальных сетей и про то, как они могут открывать возможности. Однажды я обнаружила в директе сообщение от Эрики Баду. Это случилось после того, как кто-то из крупных пабликов опубликовал мою работу — куртку и штаны, которые я собрала из прозрачных чехлов для одежды, заполненных смятыми страницами журналов. Я даже не думала, что кто-то из артистов увидит это.
Я ответила ей, что с радостью могла бы сделать для нее что-то подобное и буду благодарна за поддержку, — и Эрика не только написала, но и оплатила заказ примерно вдвое дороже, чем я рассчитывала. Однажды утром я также увидела пропущенный звонок от нее — она звонила, чтобы сказать, что была в моем костюме на Art Basel в Майами и хотела обсудить коллаборацию для своего проекта.
К сожалению, дальше обсуждения дело не пошло — артистка действительно горела идеей, но мы не успели воплотить ее вовремя. Бывает, что момент уходит, пока готовишься к нему.
С командой Дрейка все было немного иначе. Сначала мне написал кто-то, представившийся креативным директором артиста, и просто выразил респект за мои вещи. Через некоторое время он сообщил, что Дрейку понравилась моя гоночная куртка и они хотели бы ее взять.
Я честно объяснила, что все экземпляры уже распроданы, и мне потребуется время, чтобы изготовить новую — этот процесс непростой: на одну куртку уходит три старых мотоциклетные, которые еще нужно найти, а затем тщательно переработать и сконструировать.
С командой Дрейка все было немного иначе. Сначала мне написал кто-то, представившийся креативным директором артиста, и просто выразил респект за мои вещи. Через некоторое время он сообщил, что Дрейку понравилась моя гоночная куртка и они хотели бы ее взять.
Я честно объяснила, что все экземпляры уже распроданы, и мне потребуется время, чтобы изготовить новую — этот процесс непростой: на одну куртку уходит три старых мотоциклетные, которые еще нужно найти, а затем тщательно переработать и сконструировать.
Они согласились подождать, и кроме куртки Дрейк заказал у меня еще объемные брюки в двух вариантах цвета. Одни предназначались для выступления в туре, а другие — для видеопромо к его альбому Some Sexy Songs 4 U.
После таких сотрудничеств появляется еще больше энергии и желания продолжать. Иногда даже немного обидно, когда приходит много классных предложений, но нет возможности участвовать. Но такие моменты все равно сильно воодушевляют работать дальше.
Какой самый неожиданно крутой момент был у тебя с собственным дизайном?
Самое крутое — когда покупатели делятся обратной связью: присылают фото, рассказывают истории. В такие моменты появляется ощущение, что твоя работа живет и реально радует людей.
С каким российским или зарубежным артистом тебе было интереснее всего работать? А с кем хотелось бы? Есть ли человек, которого ты особенно хотела бы видеть в своих вещах?
Есть очень много людей, чьим творчеством и стилем я восхищаюсь, поэтому выделить кого-то одного почти невозможно. Я больше всего слежу за музыкантами и спортсменами — большинство моих «мечтаний» оттуда.
Сейчас я начинаю работу над несколькими интересными проектами, в том числе с российским артистом, с которым давно хотела поработать. Пока все на ранних стадиях, и мне самой интересно, что получится.
Сейчас я начинаю работу над несколькими интересными проектами, в том числе с российским артистом, с которым давно хотела поработать. Пока все на ранних стадиях, и мне самой интересно, что получится.
Про коллабы
Как ты относишься к коллаборациям с другими брендами? Что они тебе дают?
К коллаборациям я отношусь отлично и планирую активнее в этом направлении работать. Совместное производство дает новый опыт и свежий взгляд на идеи — иначе этого не получить.
Когда креативное агентство RedKeds пригласили меня в проект с X5 «Еда видна» и рассказали бриф, у меня сразу родилось несколько идей того, что мы могли бы сделать вместе. В итоге мы создали сумку нового поколения — манифест моды, технологий и осознанности для ритма города.
Когда креативное агентство RedKeds пригласили меня в проект с X5 «Еда видна» и рассказали бриф, у меня сразу родилось несколько идей того, что мы могли бы сделать вместе. В итоге мы создали сумку нового поколения — манифест моды, технологий и осознанности для ритма города.
Это не просто аксессуар, а продолжение личности: сумка сокращает использование пластика, сохраняет тепло готовой еды и делает обед не механическим действием, а полноценным ритуалом. Особенно круто, что все средства от проекта идут на благотворительность — в фонд Х5 «Выручаем».
Я использовала технику сборки из своей RTW-линейки: серебристую светоотражающую ткань с ручной жатостью, термослой, фурнитуру, напоминающую ремни безопасности, и фастекс. Все это задало сумке характер и ощущение защищенности.
Какие коллаборации ты мечтаешь реализовать в будущем?
Теннис занимает особое место в моем сердце, поэтому было бы круто однажды сделать проект с Nike. Мечта — создать эксклюзив для выхода на корт турнира Большого шлема, например для Янника Синнера или Карлоса Алькараса. И где-то рядом по уровню мечты — увидеть Кендрика Ламара на сцене в кастоме моего дизайна.
Как ты сочетаешь коммерческую успешность и экспериментальность?
Если честно, с чем-то я экспериментирую, а что-то продаю.
Моя цель — построить устойчивую систему, где коммерческий успех и экспериментальность сосуществуют. Пока бизнес-модель держится на «хаосе 24/7», но я постепенно навожу в этом порядок.
Моя цель — построить устойчивую систему, где коммерческий успех и экспериментальность сосуществуют. Пока бизнес-модель держится на «хаосе 24/7», но я постепенно навожу в этом порядок.
Это может быть не «империя», а нишевый проект
Как развиваться молодому дизайнеру, чтобы не потеряться в индустрии и найти свою аудиторию?
Быть хорошим дизайнером не значит обязательно иметь собственный бренд или большую аудиторию. Самый безопасный путь для начинающего — работа в компании с налаженной системой, командой и стабильной зарплатой. Там ты быстро набираешь опыт, начинаешь понимать процессы, маркетинг, производство и знакомишься с людьми, которые потом могут открыть неожиданные двери.
Параллельно важно делать маленькие эксперименты и тестировать идеи. Главное — нащупать, что у тебя действительно хорошо получается и делает счастливым, и развиваться в этом. Это может быть не «империя», а нишевый проект, который кормит и радует. Пока нет четкого плана, зачем тебе свое дело и как ты собираешься его финансировать, лучше набираться опыта в найме.
Параллельно важно делать маленькие эксперименты и тестировать идеи. Главное — нащупать, что у тебя действительно хорошо получается и делает счастливым, и развиваться в этом. Это может быть не «империя», а нишевый проект, который кормит и радует. Пока нет четкого плана, зачем тебе свое дело и как ты собираешься его финансировать, лучше набираться опыта в найме.
Какие у тебя планы на будущее?
Двигаться дальше — развиваться и как экспериментальный креатор, и как предприниматель. Для второго нужна работа не только творческая, но и аналитическая, стратегическая, и все больше командная. Этому развитию и масштабированию я сейчас уделяю все больше внимания.
Ultimate goal — быть счастливой. А счастливой я чувствую себя тогда, когда много работаю, проживаю разный опыт и приключения и воплощаю в жизнь то, что рождается у меня в голове.
Ultimate goal — быть счастливой. А счастливой я чувствую себя тогда, когда много работаю, проживаю разный опыт и приключения и воплощаю в жизнь то, что рождается у меня в голове.
* Meta Platforms Inc. запрещена на территории России
